ФАС России выдала Apple предупреждение в связи с условиями доступа российских сервисов для пользователей устройств на iOS. Ситуация важна как для Apple, так и для всего рынка цифровых платформ: регулятор всё чаще берет во внимание не только цены и доли рынка, но и настройки по умолчанию, правила магазина приложений и доступ разработчиков к пользователю.
По сообщениям ФАС, претензии к Apple связаны с тем, что на iPhone и iPad по умолчанию установлена иностранная поисковая система, тогда как российские аналоги пользователь должен выбирать вручную. Кроме того, регулятор указывает на неисполнение требований о предустановке отечественного программного обеспечения на устройствах с iOS, включая национальный мессенджер и российский магазин приложений. Срок исполнения предупреждения установлен на 15 июля 2026 года, в случае его неисполнения ФАС может возбудить антимонопольное дело.
Поводом для повышенного внимания к Apple стало и удаление российских приложений из App Store. В конце июня Минцифры обратилось в ФАС после удаления приложений VK, расценив данные действия как возможное проявление недобросовестной конкуренции. Ведомство также указало, что Apple не выполняет требования о выборе поисковой системы по умолчанию и предустановке российского магазина приложений.
При этом предупреждение ФАС не означает, что нарушение уже установлено. Это предварительная стадия антимонопольного реагирования: регулятор фиксирует признаки возможного нарушения и предлагает компании устранить их добровольно. Если предупреждение исполняется, то дело, как правило, не возбуждается. Если же компания не согласна с предупреждением, то она вправе представить возражения, просить о продлении срока исполнения или оспорить предупреждение в суде.
Гипотетическая линия защиты Apple могла бы строиться на том, что ФАС объединяет несколько разных правовых сюжетов. Удаление приложений из App Store, выбор поисковой системы по умолчанию и предустановка российского ПО регулируются разными нормами и не всегда автоматически образуют нарушение антимонопольного законодательства. Apple могла бы также спорить с определением товарного рынка: является ли рынком вся мобильная экосистема, только iOS, магазины приложений или доступ к пользователям конкретной операционной системы.
Ещё один возможный аргумент — объективное обоснование действий компании. Apple традиционно ссылается на безопасность экосистемы, контроль качества приложений, защиту пользователей и необходимость соблюдать обязательные требования других юрисдикций, включая санкционные ограничения. Такие доводы сами по себе не освобождают компанию от требований российского законодательства, но могут иметь значение при оценке дискриминации, исполнимости требований ФАС и пропорциональности выбранной меры.
Для рынка этот кейс показывает, что антимонопольная оценка цифровых платформ постепенно смещается от классического анализа цен к анализу доступа. Настройки по умолчанию, правила допуска приложений, возможность установки альтернативных магазинов и порядок продвижения национальных сервисов становятся самостоятельными факторами конкуренции. Владельцам платформ важно заранее оценивать, могут ли их технические и договорные правила восприниматься регулятором как дискриминационные или ограничивающие доступ к рынку.