Материал впервые опубликован в выпуске №5 (454) 1-15 марта 2026
Ирина Озолина
Патентный поверенный Российской Федерации, евразийский патентный поверенный, член АП города Москвы, старший партнер АБ «Залесов, Тимофеев, Гусев и партнеры»
В комментарии к статье Максима Лабзина «Новые правила определения и распределения компенсации за нарушения исключительного права» (см.: «АГ». 2026. № 4 (453)) автор останавливается на истории принятия комментируемых в статье изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ). Автор комментария разделяет мнение автора статьи о том, что новая норма п. 4 ст. 1252.1 ГК РФ лишила суд возможности определять, в каких случаях нарушение нескольких РИД направлено на достижение одного и того же экономического результата, а в каких – может приводить к разным результатам, а значит, и у суда нет возможности в зависимости от обстоятельств дела решить, сколько раз компенсация должна быть взыскана за продажу одного товара, в котором использованы несколько РИД и/или средств индивидуализации. В то же время нельзя не поддержать намерение законодателя ограничить возможность взыскивать множественные компенсации за одно и то же нарушение: очень во многих делах мы видим, как взыскиваются компенсации в твердой сумме, зачастую в несколько раз превышающей доказанную стоимость реализованного спорного товара. Из тех вопросов, которые не были подняты в статье, но также представляются автору комментария проблемными, затронуто распределение инициативы доказывания при определении единой экономической цели у нескольких действий ответчика.
В интересной и подробной статье Максима Лабзина разбираются не только сами внесенные в ГК изменения в отношении размера и порядка взыскания компенсации, но и ставятся на обсуждение важные вопросы, как эти изменения будут применяться и какое значение они будут иметь для практики.
По ряду поставленных автором вопросов невозможно с ним не согласиться, при этом ряд ответов на них, по-видимому, содержатся в истории принятия этих изменений.
Как указано в Пояснительной записке к первоначальному проекту федерального закона, внесенному в Государственную Думу в апреле 2023 г., законопроект изначально был направлен на реализацию1 постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 г. No 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» и от 24 июля 2020 г. No 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда». В этих постановлениях КС выявил, что невозможность снизить размер компенсации судом в случаях, когда размер заявленной истцом компенсации явно завышен, противоречит Конституции Российской Федерации.
Первоначальный законопроект, как представляется, был более понятным.
В частности, норма, определяющая, какая совокупность фактических обстоятельств должна считаться одним нарушением, за которое можно только один раз взыскать компенсацию (в том числе компенсацию в твердой сумме), была более понятной. Изначально предлагалось внести в ст. 1225.1 п. 4, который устанавливал, что хотя нарушением считается использование одного результата интеллектуальной деятельности (далее – РИД) или средства индивидуализации одним способом, но для целей взыскания компенсации одним нарушением «может быть признана совокупность действий, заключающаяся в незаконном использовании одним лицом одного или нескольких результатов интеллектуальной деятельности (средств индивидуализации), принадлежащих одному или нескольким правообладателям, одним или несколькими различными способами, при условии, что все эти действия взаимосвязаны и влекут общий экономический результат».
Этот законопроект соответствовал и п. 56 и 65 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. No 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС No 10), и Рекомендациям Научно-консультативного совета при Суде по интеллектуальным правам по вопросам, возникающим при установлении одной экономической цели и единства намерений правонарушителя, утвержденным Постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 15 февраля 2023 г. No СП-22/4 (далее – Рекомендации СИП), и разрешал только- только начавшую проявляться проблему множественного взыскания компенсации в твердой сумме по патентным спорам за каждый факт поставки спорного товара (ввоза), что начало приводить к искажению правовой природы взыскания компенсации в патентных спорах2.
В Пояснительной записке к этому законопроекту содержались разъяснения: «Например, при продаже контрафактной футболки, на которой одновременно изображены несколько персонажей мультфильма и несколько товарных знаков, для целей взыскания компенсации можно исходить из того, что допущено одно нарушение, поскольку все результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации нанесены на один товар и экономический результат такой продажи никак не изменяется от того, что на футболке несколько изображений, а не одно».
Законодатель считал не соответствующим принципам справедливости и недопущения неосновательного обогащения правообладателя возможность взыскания шестикратной стоимости реализованного спорного товара, если на товаре приведены три персонажа из одного мультфильма (пример 1, который приводит автор в статье). При этом именно у суда при рассмотрении конкретного дела оставалась возможность определить, если в конкретном товаре использовано несколько РИД, приведет это к одному экономическому результату или нет. То есть, если на футболке использованы персонажи мультфильмов, при этом и сама футболка выполнена в оригинальном крое, который защищен промышленным образом, экономический результат будет разный: кто-то купит футболку из-за персонажей мультфильма, а кто-то – из-за понравившегося кроя. И тогда у суда будет возможность в первом случае взыскать компенсацию как за одно нарушение, а во втором – как за два, и это представляется справедливым.
В итоговой редакции вступившего в силу Федерального закона от 7 июля 2025 г. No 214-ФЗ норма о том, что является одним нарушением, была перенесена в ст. 1252 (п. 1.1), а в ст. 1252.1 появился п. 4, который – в отличие от первоначальной редакции законопроекта – лишил суд возможности определять, в каких случаях нарушение нескольких РИД направлено на достижение одного и того же экономического результата, а в каких – может приводить к разным результатам, а значит, и у суда нет возможности решить, сколько раз компенсация должна быть взыскана за продажу одного товара. Определенная часть «правового конфуза», о котором пишет Максим Лабзин, вызвана этим.
Но в целом нельзя не поддержать намерение законодателя ограничить возможность взыскивать множественные компенсации за одно и то же нарушение: очень во многих делах мы видим, как взыскиваются компенсации в твердой сумме (зачастую в несколько раз превышающей доказанную стоимость реализованного товара) с аффилированных импортера и оптового продавца за введение в гражданский оборот одного и того же товара, как множатся в 10 раз компенсации за использование на одной футболке пяти персонажей одного мультфильма, которые охраняются и как товарные знаки, и как объекты авторского права, и пр.
Также нельзя не приветствовать введение ограничения ответственности предпринимателей при отсутствии вины (п. 7 ст. 1252.1), хотя, конечно, опять, как и после принятия части четвертой ГК РФ, поднимутся споры о том, можно ли говорить об отсутствии вины предпринимателя в нарушении прав на, например, товарный знак, если товарный знак зарегистрирован в государственном реестре и реестр является общедоступным. То есть судебная практика вновь должна вернуться к вопросу: обязан ли любой предприниматель до вывода на рынок любого товара с новым названием обратиться к патентному поверенному и проверить, есть ли риск нарушения. С одной стороны, к сожалению, большинство субъектов малого и среднего бизнеса (не только в России) даже не предполагают, что название линейки товаров под основным товарным знаком тоже может охраняться в качестве чьего-то товарного знака и, следовательно, может быть нарушением прав на чужой товарный знак (например, если у предпринимателя зарегистрирован товарный знак «Ромашка», а у кого-то еще – товарный знак «Плюс», предприниматель выпускает на рынок линейку «Ромашка Плюс», «Ромашка Минус», «Ромашка Равно», то продажа товара «Ромашка Плюс» с большой долей вероятности будет в случае спора признана нарушением прав на товарный знак «Плюс»). В этой ситуации представляется, что многих споров можно было бы избежать, если бы компенсация подлежала взысканию в существенно меньшем размере (применяется п. 7 ст. 1252.1) в случаях, когда после получения письма-претензии нарушение было незамедлительно прекращено, товар изъят нарушителем из гражданского оборота и уничтожен.
Из тех вопросов, которые не были подняты в статье Максима Лабзина, но также представляются проблемными, хотелось бы затронуть распределение инициативы доказывания при определении единой экономической цели у нескольких действий ответчика: ранее в Рекомендациях СИП отмечалось, что наличие одной экономической цели у нескольких способов использования (например, ввоз и продажа) суд устанавливает по своей инициативе, в то время как единство намерений, которым охватывается несколько продаж из одной партии, должно быть инициативно доказано ответчиком.
Сейчас запрет на взыскание компенсации за каждый способ использования спорного РИД, если несколько способов соответствуют единой экономической цели (п. 56 Пленума ВС No 10), закреплен в п. 5 ст. 1252.1, и представляется, что подход о том, что единая экономическая цель должна быть установлена судом, даже если ответчик на нее не ссылается, сохранился в новой редакции ГК РФ.
Ряд новых положений ГК РФ, которые упоминаются в статье, обусловлены недавней судебной практикой, например, п. 3 ст. 1251.1 «Если выбранный правообладателем способ расчета компенсации не является применимым к обстоятельствам нарушения исключительного права, суд вправе взыскать компенсацию в твердом размере в соответствии с требованиями настоящей статьи» становится более понятным при изучении спора по делу No А42- 5880/2023, когда Определением СКЭС ВС РФ от 24 апреля 2025 г. No 307-ЭС24-21900 решения судов в части взыскания компенсации были отменены и направлены на новое рассмотрение, поскольку Верховный Суд Российской Федерации счел, что товары не были изготовлены и проданы, а следовательно, невозможно определить их двойную стоимость.
Изменения в ст. 1299 и 1300 ГК РФ законодатель счел редакторскими (см. Пояснительную записку) и указал, что абз. 2 п. 1 ст. 1252.1 является лишь правильной правовой квалификацией уже «прижившихся» в ГК положений ст. 1299 и 1300, а не новеллой: в Пояснительной записке указано, что поскольку обе эти статьи предусматривают возможность взыскания компенсации за действия, прямо не влекущие за собой нарушения исключительных прав, потребовалось специальное разъяснение на этот счет в п. 1 ст. 1252.1. Иными словами, эта компенсация взыскивается самостоятельно с лиц, которые нарушения не допустили, но совершили только действия, предусмотренные ст. 1299 и 1300. А если такие лица осуществили и нарушение исключительных прав, то тогда с них взыскивается компенсация за нарушение с повышенным размером ответственности. То есть законодатель не предполагал «задваивание» ответственности за одно и то же.
В целом общее движение и Конституционного Суда Российской Федерации, и законодателя к недопущению необоснованных множественных взысканий правообладателями компенсаций за нарушения интеллектуальных прав способствует балансу интересов разных субъектов гражданского оборота. Низкие размеры компенсаций поощряют нарушителей («пока судебного запрета нет, ничего мне не будет, компенсации мизерные»), а слишком высокие – приводят к тому, что ряд правообладателей начинают не защищать свои права, а «зарабатывать» на чужих ошибках («не хочу кормить юристов, пусть мне деньги приносят и зарабатывают на процентах от взысканного»). Хотелось бы надеяться, что изменения в ГК РФ – очередной шаг в правильном направлении к балансу.
1 Ссылка на законопроект
2 Более подробно проблема раскрывалась здесь.
Ознакомиться со статьей можно по ссылке.